IT — две главные буквы инновационного бизнеса, расшифровываются как informational technologies. Это комплекс дисциплин, связанных с хранением, обработкой и управлением информацией. Сегодня в IT происходит что-то вроде золотой лихорадки: в этой области за короткое время можно построить многомиллионную корпорацию. «Яндекс», Facebook и Twitter — это IT.
Программист и разработчик — многие путают два эти понятия, потому что в последнее время они и правда основательно переплелись. Программист выстраивает программный алгоритм (пишет код) — это его основная задача. Разработчик — тот, кто видит архитектуру программы, анализирует задачи и ищет решения. То есть исповедует системный подход. Хотя и код тоже может написать.
Вначале достаток, потом уже фанатизм.
Сообразительный программист и умный — это два разных человека. Умный получает задачу и начинает что-то придумывать, решать. Он не думает, нужно ли это на самом деле. Сообразительный идет в гугл. Девяносто восемь процентов всего или уже сделано, или как раз сейчас делается. Сообразительный быстро найдет решение, а умный будет сам изобретать велосипед. И изобретет, но медленно.
Сейчас гораздо важнее уметь пользоваться информацией.
Теперь все знают, что человек, которого слушается компьютер, — босс.
В программировании не надо быть чьим-то родственником, расти годами. Умеешь что-то делать — делай. Умеешь еще больше — делай еще больше. Все прозрачно.
Эстетика рождается из чувства целесообразности. Девяносто процентов того, что мы считаем прекрасным, целесообразно. И код красив в том же смысле: он красив, если не взрывает мозг программисту. Красота прямо связана с функциональностью этого кода.
Если средний умный человек с высшим образованием решит, что хочет заниматься программированием, у него с высокой вероятностью получится. Но хорошим программистом получится стать не у всех, а лишь у некоторых. Это как с живописцами: я могу пойти в художественную школу и, скорее всего, смогу на Арбате портреты рисовать. Но вряд ли из меня получится что-то большее.
Нельзя сказать, что IT — особо важное дело. Это часть нашей цивилизации. Кто-то занимается железными дорогами, кто-то преподает, кто-то занимается разработкой софта, потому что это неизбежно. Сейчас почти везде стоит какая-нибудь железка, на которой работает какой-то софт. Если перестать его поддерживать, развалится не только он, но и все, что рядом.
Перед любым ученым стоит этот вопрос: к чему приведет его открытие? Вот проникнет он, например, в тайны строения атомного ядра. Во что это может вылиться? Может, в технологию холодного ядерного синтеза, это прорыв в энергетике, а может, в еще более мощную ядерную бомбу. Так же и в IT. Вот сделаем мы сейчас более совершенный алгоритм для подбора контрольных сумм. Они активно используются в криптографии. Если взломать этот алгоритм, то можно разрушить огромное количество криптографических защит: от банального подбора паролей до чтения международной сверхсекретной переписки. И вот кто-то разгадает эту загадку — с одной стороны, прорыв в математике, да и физикам пригодится, с другой стороны, неизвестно, кто и чьи пароли будет взламывать с помощью этих знаний. Встает вопрос: заниматься этим или не заниматься? Может, все же нет? Но если такой ответ дадут все, развитие остановится. Как сделать так, чтобы человек разумно пользовался плодами прогресса? Воспитывать с детства, наверное…
Без социализации при таком количестве технических достижений будет очень тяжело. Когда человек замыкается на своих мыслях, очень легко потерять чувство реальности.
Мне кажется, технологии будут работать на то, чтобы создать ощущение, будто мы сидим рядом во время удаленного общения. Но это напоминает мне асимптоту: мы будем вечно приближаться к этому, но никогда не достигнем. Встречаться все равно придется.
Цивилизация развивается циклически, и на каждой итерации цикла происходит какое-то расслоение. Раньше оно было связано с недоступностью знания: многие просто не умели читать. Но в тот момент, когда информация стала полностью доступна, люди потеряли к ней интерес. Это как у Хаксли. Когда я прочитала «О дивный новый мир», то удивилась: ну как он узнал, что все так будет? Оруэлл говорил, что правду будут скрывать, историю переписывать. А тут не надо ничего скрывать, вокруг столько информации, что ты в ней просто тонешь. Возникает вопрос: можно ли приблизиться к адептам технологического знания? Наверное, можно. Какова вероятность, что ты это сделаешь? Меньше, чем тогда, когда информации было не так много. Потому что возможностей, в том числе и мусорных, было меньше.
Системы становятся все более сложными, и в будущем произойдет очень серьезное разделение. Каждый специалист будет работать над своим кусочком, как терпеливый муравей, который несет соломинку. И только те, кто представляет общую архитектуру системы, окажутся на коне.
Когда-нибудь экономика знаний, несомненно, победит.
